Залоговые аукционы в России — один из механизмов приватизации в России, серия сделок в форме аукциона, проведённых в 1995 году, в результате которых ряд коммерческих банков получил в собственность государственные пакеты акций ряда крупных стратегических промышленных компаний производящих энергоносители и металлы (таких, как «ЮКОС», «Норильский никель», «Сибнефть») экспортируемые за рубеж.
Механизм и результаты
правитьВ соответствии с условиями этих аукционов, правительство России получало кредит у коммерческих банков, выигрывавших аукционы, передавая им в качестве залога пакеты акций государственных предприятий (предварительно Министерство финансов Российской Федерации открывало в каждом из банков счёт и размещало на нём средства в количестве, примерно равном сумме кредита[1])[2]. Через установленное время правительство должно было возвратить кредиты; в случае невозврата государственные пакеты акций по условиям мероприятий переходили в собственность банков[2].
Идею аукционов с целью пополнения бюджета выдвинул Владимир Потанин, возглавлявший «ОНЭКСИМ-банк». Инициатива была поддержана тогдашним первым вице-премьером правительства Анатолием Чубайсом и вице-премьером Олегом Сосковцом[3] (именно он, по словам тогдашнего председателя ЦБ РФ Сергея Дубинина, первым поставил вопрос о проведении аукционов на заседании кабинета министров[4]). Курировал проведение аукционов глава Госкомимущества Альфред Кох.
Юридически залоговые аукционы были проведены на основании указов президента Бориса Ельцина[5].
С 4 ноября по 28 декабря 1995 Министерство финансов России заключило 12 договоров кредита под залог акций с победителями аукционов на право заключения договоров. Через установленное время правительство должно было возвратить кредиты, в случае невозврата государственные пакеты акций переходили в собственность банков.
Закономерно, правительство не уплатило кредиты обратно, таким образом пакеты акций остались в собственность банков.[6][7] По мнению экономиста Андрея Бунича, это было сделано сознательно: правительство Бориса Ельцина не пыталось заложить расходы на выкуп заложенных акций в федеральный бюджет на следующий год, поскольку там не было такой статьи расходов. Вся сделка, по мнению ряда исследователй, была притворной и имела целью позволить олигархам (оффшорам) приватизировать гос. активы путём обхода запрета установленного Государственной Думой на их прямую продажу[6][7][8].
Залоговые аукционы, проведённые в России в ноябре-декабре 1995 года
правитьДата | Предприятие | Доля, % | Средства, поступившие в бюджет, млн долл. |
Победители аукциона |
---|---|---|---|---|
17 ноября 1995 | Норильский никель | 51 | 170,1 | ОНЭКСИМ Банк |
17 ноября 1995 | Северо-западное речное пароходство | 25,5 | 6,05 | Банк МФК |
17 ноября 1995 | АО «Мечел» | 15 | 13 | ТОО «Рабиком» |
7 декабря 1995 | Лукойл | 5 | 141 | НК "ЛУКойл" и банк "Империал" |
7 декабря 1995 | Сиданко (теперь ТНК-BP) | 51 | 130 | Банк МФК (фактически — консорциум из МФК и «Альфа-групп») |
7 декабря 1995 | Новолипецкий металлургический комбинат | 14,87 | 31 | Банк МФК (фактически — «Ренессанс Капитал») |
7 декабря 1995 | Мурманское морское пароходство | 23,5 | 4,125 | ЗАО «Стратег» (фактически — банк МЕНАТЕП) |
8 декабря 1995 | ЮКОС | 45 | 159 | ЗАО «Лагуна» (фактически — банк МЕНАТЕП) |
11 декабря 1995 | Новороссийское морское пароходство (Новошип) | 20 | 22,65 | Новороссийское морское пароходство (Новошип) |
28 декабря 1995 | Сибнефть | 51 | 100,3 | ЗАО «Нефтяная финансовая компания» (гарант — Столичный банк сбережений) |
28 декабря 1995 | Сургутнефтегаз | 40,12 | 88,9 | НПФ «Сургутнефтегаз» (гарант — ОНЭКСИМбанк) |
28 декабря 1995 | АО «Нафта-Москва» | 15 | 20,01 | ЗАО «НафтаФин» (фактически — менеджмент самого предприятия) |
Оценки
правитьВ докладе Счётной палаты России «Анализ процессов приватизации государственной собственности в Российской Федерации за период 1993—2003 годы», опубликованном в 2004 году, отмечается, что «в результате проведения залоговых аукционов отчуждение федеральной собственности было произведено по значительно заниженным ценам, а конкурс фактически носил притворный характер», и приводится ряд нарушений в ходе проведения аукционов, в частности[8]:
- «в большинстве случаев состязательность при проведении аукционов не предполагалась. Из 12 аукционов лишь в четырёх сумма кредита существенно превысила начальную цену»;
- «[…] банки фактически „кредитовали“ государство государственными же деньгами. Минфин России предварительно размещал на счетах банков — участников консорциума средства в сумме, практически равной кредиту, а затем эти деньги передавались Правительству Российской Федерации в качестве кредита под залог акций наиболее привлекательных предприятий. В результате банки, „кредитовавшие“ государство, смогли непосредственно либо через аффилированных лиц стать собственниками находившихся у них в залоге пакетов акций государственных предприятий»;
- «Вопреки Правилам проведения аукционов, […] банки не направляли кредитные средства на счёт в Центральном банке […], средства оставались в тех же коммерческих банках, но на специальных счетах».
Счётная палата, по результатам проверки в конце 1995 года, направила информационные письма в адрес председателя правительства, председателя Госкомимущества, председателей Совета Федерации и Государственной думы, Генерального прокурора и министра юстиции, где говорилось о неэффективности аукционов и необходимости отказа от них[8].
В ходе громких судебных процессов над Михаилом Ходорковским в 2011—2012 годах стали появляться новые, недоказанные сведения о проведении залоговых аукционов в 1995 году. Основную часть данных сведений дал сам Ходорковский, говоря об этих аукционах как о «распиле» государственного имущества с заранее известным результатом[источник не указан 4078 дней].
Осенью 2011 года Роман Абрамович в Высоком суде Лондона под клятвой заявил, что фактически залоговый аукцион по приватизации «Сибнефти» (нынешняя «Газпром-Нефть») носил фиктивный характер: сговор Бориса Березовского и его партнёра Бадри Патаркацишвили с другими участниками торгов позволил им избежать конкуренции и купить компанию за стартовую цену[9].
Маршалл Голдман, преподаватель экономики и заместитель директора по советологии Гарвардского университета, высказал следующее мнение[10]:
«Реформы 1990-х годов были, в основном, делом рук советников, привлечённых при правлении действующего в то время президента Бориса Ельцина. Опасаясь возможного скорого изменения настроения населения и его недовольства реформами, Егор Гайдар и Анатолий Чубайс — основные архитекторы этого процесса с российской стороны — приняли решение ускорить его путём дешёвой распродажи или даже бесплатной раздачи принадлежащих государству ресурсов и предприятий. Вскоре после начала этого процесса права собственности на некоторые наиболее ценные российские ресурсы были проданы с молотка принадлежащим олигархам банкам. Схема носила название „Залоговые аукционы“. Несмотря на то, что участвовавшие в аукционах банки предположительно действовали от имени государства, они — в подавляющем большинстве случаев — оказались победителями торгов при помощи мошенничества. Именно таким образом Ходорковский всего за 310 миллионов долларов США получил 78 % „Юкоса“, оценивавшегося в сумму около 5 миллиардов долларов, а Борис Березовский получил в собственность другой нефтяной гигант („Сибнефть“), оцениваемый в 3 миллиарда долларов, заплатив за него около 100 миллионов долларов… Правительство [России] было, в общем, не в состоянии действенно контролировать ситуацию. И по причине слабости государства вызванного поражением в Афганской и Холодной Войне эти „новые русские“ заплатили со своих приобретений небольшие налоги либо даже не платили их вообще».
Согласно оценке Джона Неллиса (Center for Global Development): «Большая часть имевшей место второй волны приватизации — в особенности схема с „залоговыми аукционами“, по которой крупнейшие российские банки получили акции компаний, имевших высокий потенциал доходности, в виде обеспечения предоставленных государству займов — превратилась в запутанные жульнические махинации, привлекшие немалое количество критики».[11] Старший редактор журнала Forbes Пол Хлебников, позднее убитый, комментировал «дело ЮКОСа», перешедшего в собственность Ходорковского в результате аукционов:
«Мы наблюдаем, как агонизирует клептократическая система ельцинской России. Вопиющий пример порочности приватизационной эпохи — пресловутые залоговые аукционы 1995—1997 гг., обеспечившие Ходорковскому его состояние. <…> Покупая у государства активы в ходе такой закулисной сделки и по столь заниженной цене, вы рискуете, что ваши права на новую собственность никогда не будут надёжно защищены. Сограждане будут считать вас мошенником, а государство — скорее хранителем активов, чем их подлинным владельцем»[12].
А. Чубайс оправдывает проведение залоговых аукционов следующим образом: «Если бы мы не провели залоговую приватизацию, то коммунисты выиграли бы выборы в 1996 году, и это были бы последние свободные выборы в России, потому что эти ребята так просто власть не отдают». В то же время он отмечает: «В то время я не вполне понимал, какую цену нам придётся заплатить. Я недооценил то глубокое чувство несправедливости, которое зародилось в людях»[13].
Пётр Авен назвал залоговые аукционы самым проблемным этапом приватизации в истории России 1990-х годов: «Всё-таки „недовольны“ и „нелегитимна“ — это разные вещи. И ощущение нелегитимности в России фундаментально другое. Главная, мне кажется, проблема — это залоговые аукционы, которые вообще вышли за рамки…»[14].
Бывший руководитель Рабочего центра экономических реформ при правительстве и замминистра экономики Сергей Васильев считает, что «приватизация воспринималась как несправедливая» из-за «циничных залоговых аукционов с заранее известными победителями» и чековых инвестиционных фондов (ЧИФ) («лучшего способа запросто отнять у населения ваучеры не было»)[15].
Профессор Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе (UCLA) и сотрудник Национального бюро экономических исследований США (NBER) Даниел Трейсман[вд] (англ. Daniel Treisman) в статье «Loans for shares Revisited» отмечает, что критики залоговых аукционах преувеличивают их значение для российской экономической истории. По оценке Трейсмана, эти аукционы охватили небольшую часть российской экономики, в частности, выручка приватизированных при помощи залоговых аукционов компаний была меньше выручки также приватизированного РАО ЕЭС. При этом злоупотребления при проведении аукционов, как отмечается в статье, были не более серьёзными, чем в тысячах предприятиях по всей стране, которые были приватизированы инсайдерами в своих интересах. Трейсман также отмечает, что правительство получило на аукционах адекватную по мировым стандартам цену, а приватизированные на залоговых аукционах компании в дальнейшем показали более хорошие результаты, чем экономика в целом. Вследствие этого значение приватизированных на залоговых аукционах предприятий в экономике в дальнейшем выросло и это выросшее значение стало ошибочно рассматриваться как экономическое значение этих предприятий на момент их приватизации.[16]
Олигарх 1990-х Владимир Гусинский не считал залоговые аукционы «реальными». «Это было формой перераспределения государственного имущества, которую осуществляло правительство в открытую, — говорил он в августе 1997-го на „Эхе Москвы“. — Все остальное это как бы неправда и шелуха, которая это отражает. С моей точки зрения, это неправильно, если мы говорим о честных правилах. Государство не должно перераспределять, кому это дать и не дать. Или если они это уже собираются делать, то есть вводить некий странный, открытый, публичный, недекларируемый механизм, тогда надо определить по каким правилам будет происходить перераспределение»[17].
Юридическая оценка
правитьУ этой статьи надо проверить нейтральность. |
С точки зрения гражданского права залоговые аукционы обладают всеми признаками притворной сделки, осуществлённой группой руководителей коммерческих банков по предварительному сговору с заинтересованными чиновниками Правительства РФ Бориса Ельцина с целью фактически бесплатного отчуждения у Российского государства федеральной собственности в форме контрольных пакетов акций ряда крупных предприятий страны.
С точки зрения уголовного права мы имеем дело с хищением федеральной собственности путём преступного сговора в форме мошенничества не просто в особо крупных размерах, а в небывало крупных размерах
В случае, если считать указанное мошенничество тяжким преступлением то согласно Статье 78 УК РФ максимальный срок давности по статьям уголовного кодекса связанных с мошенничеством составляет 15 лет с момента совершения преступления. Сроки давности по статье 159 УК РФ истекли в 2010-2011 годах.
Есть распространённое обвинения в занижении цены сделок. Якобы стоимость только наиболее дорогих и стратегически значимых шести аукционов в 1995 году была умышленно занижена в 20 раз и составила лишь 1867 млн долларов; всего через 1,5 года акции этих предприятий на свободном рынке уже стоили 39 713 млн долларов).[18] Но данные обвинения оперируют рыночными ценами совсем другого временного периода. Не учитывают экономическое и политическое состояние страны на ноябрь 1995 года. В частности, в своей книге "Приватизация по-российски" заместитель председателя Государственного комитета Российской Федерации по управлению государственным имуществом (Госкомимущество) в 1993-1995 Альфред Кох сообщает, что заложенные 38% акций Норильского Никеля, в день проведения аукциона 17 ноября 1995 года, в РТС стоили 147 млн долларов, что ниже итоговой стоимости залогового аукциона. Столь низкую цену он связал с ещё не набравшим силу отечественным капиталом и опаской иностранных инвесторов перед перспективой прихода к власти коммунистов на предстоящих президентских выборах 1996 года.
См. также
правитьПримечания
править- ↑ 2.2.3. Необоснованное занижение цены продаваемых государственных активов, притворность конкурсов, низкая результативность продаж Архивная копия от 20 августа 2021 на Wayback Machine // Анализ процессов приватизации государственной собственности в Российской Федерации за период 1993—2003 годы (экспертно-аналитическое мероприятие) / Руководитель рабочей группы — председатель Счётной палаты Российской Федерации С. В. Степашин. — М.: Издательство «Олита», 2004.
- ↑ 1 2 Залоговые аукционы в России в ноябре-декабре 1995 года . ТАСС. Дата обращения: 20 августа 2021. Архивировано 20 августа 2021 года.
- ↑ Александр Малютин. Три потанинских удара . // Коммерсантъ-Власть, 16 июня 1998. Дата обращения: 4 июня 2012. Архивировано из оригинала 10 января 2012 года.
- ↑ Сергей Дубинин. Краткая история номенклатуры . // Московские новости, № 131, 2011 год. Дата обращения: 4 октября 2011. Архивировано 9 февраля 2012 года.
- ↑ Указы Президента:
от 31 августа 1995 г.:- № 889 «О порядке передачи в залог акций, находящихся в федеральной собственности»,
- № 986 «О порядке принятия решений об управлении и распоряжении находящимися в федеральной собственности акциями»,
- № 1067 «О сроках реализации акций, находящихся в федеральной собственности и передаваемых в залог в 1995 году»,
- № 1230 «Вопросы передачи в 1995 году в залог акций, находящихся в федеральной собственности»
- ↑ 1 2 Андрей Бунич. http://bunich.ru/article/index.php?id=3 Статьи. «Залоговые аукционы стали вопиющим нарушением всех законов по приватизации» // сайт Андрея Бунича — Приватизация и национализация, 12 фев 2012 Архивировано 7 января 2012 года.
- ↑ 1 2 Грядет крах олигархов | Залоговые аукционы незаконны | Суд над олигархами Архивная копия от 21 июля 2017 на Wayback Machine // r-reforms.ru
- ↑ 1 2 3 2.2.3. Необоснованное занижение цены продаваемых государственных активов, притворность конкурсов, низкая результативность продаж Архивная копия от 20 августа 2021 на Wayback Machine // Анализ процессов приватизации государственной собственности в Российской Федерации за период 1993—2003 годы (экспертно-аналитическое мероприятие) / Руководитель рабочей группы — Председатель Счетной палаты Российской Федерации С. В. Степашин. — М.: Издательство «Олита», 2004.
- ↑ Михаил Оверченко, Дмитрий Дмитриенко. Абрамович признал, что аукцион по «Сибнефти» был фикцией . // vedomosti.ru. Дата обращения: 3 ноября 2011. Архивировано 3 ноября 2011 года.
- ↑ Putin and the Oligarchs . Council on Foreign Relations. Дата обращения: 27 июня 2015. Архивировано 30 июня 2015 года.
- ↑ Time to Rethink Privatization in Transition Economies? Архивная копия от 23 мая 2018 на Wayback Machine — John Nellis, pub. in the quarterly magazine of the International Monetary Fund, June 1999, Volume 36, Number 2.
- ↑ Хлебников П. Дело «ЮКОСА»: Веха на пути к законности Архивная копия от 8 марта 2016 на Wayback Machine // Ведомости, № 45 (234) от 18.11.2003
- ↑ Arkady Ostrovsky. Father to the Oligarchs Архивная копия от 5 июля 2012 на Wayback Machine// The Financial Times, November 13 2004 Источник . Дата обращения: 16 февраля 2012. Архивировано из оригинала 5 июля 2012 года. (перевод inopressa.ru: Отец олигархов Архивная копия от 28 мая 2020 на Wayback Machine)
- ↑ Владимир Федорин. Во главе ФСБ Чубайс принес бы не меньше пользы, чем на приватизации . Forbes (2 марта 2010). Дата обращения: 13 июня 2014. Архивировано 26 января 2012 года.
- ↑ Петр Орехин. «Перестройку могла спасти либерализация цен» . Газета.Ru (23 апреля 2015). Дата обращения: 4 мая 2015. Архивировано 25 апреля 2015 года.
- ↑ Treisman D. Loans for Shares" Revisited // Post-Soviet Affairs.. — 2010. — Т. 26, № 3. — С. 207—227. Архивировано 25 апреля 2020 года.
- ↑ Ростова, Наталия. Как российские СМИ проиграли войну за «Связьинвест» — Расцвет российских СМИ . Радио Свобода (2 декабря 2017). Дата обращения: 26 апреля 2022. Архивировано 12 августа 2020 года.
- ↑ В. И. Добреньков, Н. Р. Исправникова. Пирамиды упущенных возможностей. Российская версия «капитализма для своих». — Москва: Университетская книга, 2014. — С. 17. — 191 с. — ISBN 978-5-91304-335-1. Архивировано 5 февраля 2021 года.
Ссылки
править- Необоснованное занижение цены продаваемых государственных активов, притворность конкурсов, низкая результативность продаж (глава из доклада Счётной палаты 2004 г.).
- Залоговые аукционы (глава из книги «Крёстный отец Кремля» Пола Хлебникова)
- Итоги залоговых аукционов // «Коммерсантъ» № 231 (949) от 14.12.1995